Тайны Эльфигории [СИ] - Петр Блэк

Бельфедор посмотрел на всех тяжёлым взглядом и умиротворённым голосом уточнил:

— Почти готовы… Вот только парням не помешало бы сменить одежонку, да переобуть неудобную обувь на сапоги с прочной подошвой!

— Конечно, конечно! У старика Хьорна всё есть! — раздобрившись от выпитого вина, произнес гном, — Спасибо эльфийским охотникам, они иногда расплачиваются за ковку одеждой, оружием и всякой дребеденью, — поняв, что наговорил лишнего, он хитро улыбнулся.

Войдя обратно в дом, гном схватил два топора, крестом убрал их за спину, из шкафа достал охотничьи сапоги, две пары штанов и рубахи с жилетками.

Заперев на засов калитку, суеверный Хьорн постучал по ней три раза. Бельфедор возглавил поход в Изунгар. Обойдя справа двор, они спустились по тропе в овраг. Внизу был задичавший травой и кустарниками торговый тракт, который соединял восток и запад Эльфигории. Цепляясь за корни и помогая друг другу, они оставили за спинами тернистую дорогу. На другой стороне тропинка вновь ныряла, отряд неотступно двигался ещё целую лигу, после лес стал напоминать логово троллей — мрачный, влажный, в основном росли корявые сосны и приземистые кустарники. Повсюду, подобно пышному ковру лежал старый, желтый мох укрытый сухими иглами. Шурша опавшей листвой, они шли по ориентирам гнома. На некоторых деревьях были еле заметные насечки. Выбравшись из бурелома на поляну, все обрадованно взглянули на небо. Солнце уже опускалось, красные отблески играли на кронах высоких, ровных клёнов.

— Вот и земли Изунгара! — произнес громко Хьорн.

Добравшись до леса, они почувствовали ударивший в ноздри аромат кленового сока, сладкого и вязкого. Пение птиц ласкало слух, кружа в танце с лёгким ветерком, жёлтые листья устилали землю. Не заметно для всех тропинка привела к перекрестку. Бельфедор поднял посох вверх и приказал отряду остановиться. Вдруг Хьорн выбежал вперёд и указал на сухое дерево.

— Видите сук, он растёт по направлению Изунгара, та дорога, что пошире упирается прямо в город. Ночью опасно по ней идти, волки рыскают в этих местах. Мы сейчас спустимся по ней вниз и свернём налево, там местечко есть спокойное, о котором я вам рассказывал. С дороги из-за кустов нас будет не видно, можно не опасаясь развести костёр. Ночи нынче холодные…брр…

С приходом ночи вокруг всё потемнело, кроме небольшого пространства возле костра. Наверху мигали холодным серебром звёзды. Тени деревьев и кустов слегка раскачивались, издалека доносился еле слышный рык или вой. Языки пламени подпитывались сухими листьями и ветками, иногда ввысь с треском взлетали искры. Бельфедор удобно расположившись задумчиво всматривался в горящее пламя, Дэрик с Хьорном о чём то спорили, Милина с ребятами делилась увлекательными историями.

Раздавшийся хруст в темноте насторожил внимание Дэрика. Приложив палец к губам, он взглядом попросил всех замолкнуть. Присмотревшись в полумрак, все напряженно прислушались. Вдруг из кустов выпорхнула птичья мелюзга, издав крыльями резвые, хлопающие звуки.

— Тьфу, ты! — с досадой сплюнул Дэрик и уже расслабленно, поворачиваясь к остальным, вновь услышал копошение и треск ломающихся сучьев и веток. Было ощущение словно что-то к ним приближалось. Все неимоверно напряглись. Что там…

Донёсшийся из темноты рёв больно резанул по нервам. Милина отчаянно взвизгнула и из непроглядной тьмы на них пахнуло смердящим холодом. Подслеповатое мерцание костра мигом выхватило из полумрака ночи очертания обезображенной фигуры. Окутанный чернью силуэт двигался прямо на них.

При виде этого жуткого зрелища все отшатнулись в удивлении, если не отвращении. Нечто представшее перед ними в неглиже, вселило в них дикий ужас. Измученное, в кровоподтеках тело, прикрывала лишь разорванная набедренная повязка. Заштопанная, покрытая мерзостными рубцами кожа, туго обтягивала кости. Страхолюдина напоминал ходячий труп, из массы подгнивающей невменяемой плоти, убивающий безо всякого сожаления. Даже издалека в нем угадывалась скрытая, непреодолимая сила.

Накинувшись на оцепеневшую в страхе толпу, он рьяно начал размахивать секирой, пытаясь всех уничтожить. Олег, Дэрик и Хьорн встречно кинулись на изверга. Воздух задрожал от лязга сверкающих клинков и оглушительных криков. Бельфедор взмахнул посохом и ударивший из основания белый свет ослепил нелюдя. Впопыхах обезображенное чудовище стянуло с себя шлем и с остервенением отшвырнуло его в друида. Открывшиеся черты лица выглядели неприятно бесцветными. В глазах клубилась беспроглядная бездна. Не сводя давящего взгляда, нелюдь продолжал атаковать, выматывая всех до беспамятства. Рубящие удары со свистом пролетали над головами Дэрика и Олега. Хьорн попытался подкрасться сзади и вонзить топоры между лопаток, но зловещий змеиный язык, заметив опасность, воспламенил родную руку и швырнул огненный шар в проворного гнома.

Придя от удара в себя, Бельфедор привлёк внимание Олега и повелительно произнес:

— Подними клинки над головой, остриём верх! Сейчас, я устрою этой твари!

— Друид! — окликнула Милина. — Я узнала его! Он пытался меня утащить к Энтэмариусу в старом мире. Но…. Он был другим. Не таким отвратительно-ужасным… Да, это Картий! Я уверенна!

— Картий…, - удивился Бельфедор. — Племянник Амдира? Дэрик, это Картий!

— Картий мёртв! Наими оживил Гвайда! Бельфедор предатель и никчёмный волшебник! Ты опорочил имя моего отца! — громко вымолвил нелюдь, опустив на время в поединке секиру, — Пришел смертный час! Сдохни! Сдохни трухлявый пень!

Неожиданно для голосящего во всю глотку монстра, друид выпустил из посоха искросыпительный разряд. Коснувшись отточенных клинков, он пронзил насквозь тело Гвайда, разорвав его при этом на куски. Окровавленные ошмётки тут же отлетели в сторону и ударились тупым хлопком о стоящее неподалеку корявое, сухое дерево. Обагренные кровью останки, извергая из себя последние признаки жизни, конвульсивно затрепыхали. Почерневшая кора мигом впитала в себя бурлящие ненавистью потроха.

Зачахнувшее дерево жалобно и уныло заскрипело. Единичные отсохшие веками, скелетные ветки медленно зашевелились и в увядшем стволе показались кровавые глаза. Бездушная деревяшка возродилась к жизни. Все невольно вздрогнули и в ужасе переглянулись.

Сгорбившись на четвереньках, она резко рванула к ним навстречу. Все тут же выстроились в боевой порядок, сплоченно держа оборону. Приблизившись вплотную, она задрала вверх передние ветви и всем весом обрушилась на Хьорна с Олегом. Умело славировав между высохшими сучками, они не останавливаясь продолжали наносить рубящие, прицельные удары, надеясь рассечь безжалостную деревяшку в мелкие щепки. Но всё было тщетно, мрачная дубина не хотела сдаваться и продолжала безжалостно атаковать. В панике Игорь вытащил из костра горящую головёшку и во весь голос прокричал:

— Эй ты, тупоносая тварюга! Посмотри на меня!

От огненного света, кора под кровоточащими глазами треснула, и из образовавшегося отверстия вырвался пронизывающий всё насквозь надрывный визг. Отстав на время от Олега, Дэрика и Хьорна, мерзкая деревяшка переключилась на Игоря. Парень в тот же миг испуганно попятился назад. Споткнувшись о камень,